Коронавирусный кризис: правильно ли лечат российскую экономику

Можно и нужно на цифрах показать то, как власть преодолевает экономический кризис. Это же экономика, а показатели, которые, как известно, в цифрах, — язык экономики. Они лучше всего демонстрируют как успехи, так и неудачи в экономическом развитии. И все-таки сейчас — не о показателях, не о цифрах. Более того, я постараюсь сделать свой анализ вообще без цифр, но надеюсь, что он от этого не станет менее наглядным.

Алексей Меринов. Свежие картинки в нашем instagram

Мы уже услышали позицию власти: экономика постепенно восстанавливается. Уверены? Все делалось правильно, если уже восстанавливается? Итак, давайте посмотрим, как нужно действовать в кризис и как мы действовали.

Первое. Когда кризис еще только подступает, нужно реально представлять себе возможные экономические последствия. Вспомните: все отечественные официальные прогнозы в феврале — начале марта 2020 года исходили из того, что экономический рост в России продолжится. Уже Китай вовсю полыхал из-за коронавируса, уже в Европе начиналось то же самое, а у нас все как и раньше представлялось «в шоколаде». Потом-то, конечно, все дружно начали корректировать прогнозы — когда и прогнозистом не надо быть, чтобы сказать, что экономика упадет.

Вторая. Вырабатывая тактику и стратегию борьбы с кризисом, надо исходить из его отличительных особенностей. Какова отличительная черта нынешнего кризиса? Он характеризуется очень высокой степенью неопределенности экономической ситуации за его первотолчка — коронавируса. Инфекция новая, вакцины нет, будет и когда — все очень неопределенно. Придет вторая волна пандемии — тоже непонятно.

Как должны действовать власти в условиях такой высокой неопределенности? По возможности, постараться ее снизить. В России вышло скорее наоборот.

Было как минимум три пакета экономических мер, направленных на борьбу с последствиями коронавирусного кризиса. Причем власти действовали так: что-то решают, выделяют какие-то деньги, потом оценивают, достаточно ли этого, потом еще что-то решают — и если опять сочтут недостаточным, то еще принимают какие-то решения. Тактика: все сразу не давать, помогать постепенно.

К примеру, в первом пакете экономических мер, объявленном президентом еще в конце марта, компаниям малого и среднего бизнеса наиболее пострадавших отраслей экономики была предоставлена отсрочка по всем налогам, за исключением НДС, на ближайшие шесть месяцев.

Потом сообразили, так и бизнес начал сетовать, что не с чего будет платить налоги и через полгода. Тогда предоставили возможность расплачиваться в течение года по задолженностям. Прошло некоторое время, и снова стало ясно, что помощь недостаточна. Ну, тогда, наконец, решили предоставить малым и средним предприятиям наиболее пострадавших отраслей безвозмездную финансовую помощь на выплату двухмесячной зарплаты работников — в размере 12 130 рублей в месяц на человека. Потом были еще некоторые послабления.

Кто-то скажет: ну и правильно, постепенно и понемногу надо помогать. А я скажу: нет, категорически неправильно. Потому что при таком подходе правительство не снижает неопределенность, а наоборот, своими действиями повышает ее. Просто бизнесу и населению в такой ситуации непонятно, на что можно рассчитывать со стороны государства, до чего оно может дойти в своей скупой, дозированной помощи.

Другое дело, если бы власти не скупились и сразу же объявили о широкомасштабной поддержки и бизнеса, и населения: деньги-то для этого были и есть. Тогда бы люди знали, что будет оказана весомая поддержка, что государство их защитит в такой сложный момент.

Третье. Если у власти есть ресурсы, не надо жадничать — нужно финансировать антикризисные мероприятия в достаточном объеме. В относительных цифрах (в процентах к ВВП) стоимостный объем средств, выделяемых для поддержки экономики в период этого коронавирусного кризиса, был существенно меньше, чем в развитых странах. У нас — 3-3,5% от ВВП, там — примерно в два раза больше. Повторюсь: это не в абсолютных цифрах, а в процентах к ВВП (эх, все-таки не обошлось без цифр).

Повторюсь: деньги для поддержки экономики в такой период у власти были и есть — тот же Фонд национального благосостояния. Но у нас интересную аргументацию от власти можно слышать, когда речь идет о расходах из фонда. В благополучные времена мы его собираем «на черный день», а в плохие времена мы его стараемся не тратить, потому что «вдруг еще хуже будет». И зачем он вообще нужен? Нет, такой фонд нам не нужен. В ней собрались триллионы рублей, но тратить их власти даже в такой кризис не хотят.

Четвертое. Успех в противостоянии кризису заключается и в том, чтобы не только понимать его отличительные особенности, но и использовать их для быстрого выхода из кризиса и успешного посткризисного развития.

Продемонстрировали российские власти что-нибудь подобное? Я что-то не заметил. Объясню, о чем идет речь. Думаю, мало кто будет спорить, что экономика после этого коронавирусного кризиса будет другой. Может, и в правительстве мало кто будет против этого возражать. Но мало просто соглашаться — необходимо учитывать это в нынешней и будущей экономической политики.

Речь идет о серьезной структурной перестройки экономики России. Наша экономика — нефтяная, точнее, сырьевая. Ну да, будто мы долгие годы говорили о необходимости слезть с нефтяной иглы. Но этого, как известно, ничего не вышло. Более того, сырьевой характер экономики только усиливается.

Теперь вот этот коронавирусный кризис случился, который совпал с резким падением мировых цен на нефть и снижением объемов российского сырьевого сектора. Нам бы в такой ситуации определить наконец, на какие отрасли и производства мы будем опираться в будущем, если сырьевой сектор сжимается. Но мы слышим другое. Нам говорят о том, что мировой спрос на нефть восстановится уже если не до конца нынешнего года, то к середине следующего точно.

Но этого не будет, потому что посткоронавирусная экономика структурно другого. Ей, экономике, больше не понадобится столько углеводородного сырья, мировой спрос на нефть не восстановится до прежних уровней в обозримой перспективе. Все это — следствие даже не столько общего экономического спада, сколько развития отдаленных форматов работы, интернет-технологий, сервисов доставки товаров, борьбы за экологию и т. п.

Следовательно, импульс для развития получат отрасли и виды производств, спрос на товары и услуги которых оказывается востребованным в таких условиях: интернет-технологии (причем далеко не только связанные с доставкой товаров), курьерская служба, пищевая промышленность и, соответственно, сельскохозяйственное производство, фармацевтическая промышленность и т. д.

Но если так, то в кризисный период государство должно всячески стимулировать развитие этих «точек роста». Причем делать это нужно не только ради самих этих видов деятельности. А еще и потому, что со стороны этих «точек роста» будет генерироваться спрос на новых работников, которые могут прийти из пострадавших отраслей.

Что у нас делается в этом плане сегодня? И ничего такого не делается. Кто в хорошей ситуации — того типа, и помогать нечего. Кто плохой — тому поможем, дадим денег «на поддержку штанов», только чтобы никого не увольняли. Самое яркое доказательство такой политики — на каких условиях у нас дают зарплатные кредиты малым и средним предприятиям наиболее пострадавших отраслей. Если ты через год, получив сегодня такой кредит, сохранил 90% штатной численности персонала, то можешь его вообще не возвращать.

Я не говорю, что потерпевшим не надо помогать. Я говорю о другом: помогать можно по-разному. У нас государство предоставляет скупую помощь с условием, что все сохранится как есть. А можно поощрять развитие быстрорастущих секторов, стимулируя, таким образом, структурную перестройку экономики. И это было бы лучшей помощью. Однако нет у нас ничего подобного, а потому можно выставить власти и здесь незачет по экономической политике.

Вот такая получилась попытка оценить эффективность проводимой экономической политики. Без цифр, без показателей промежуточных итогов (кризис далеко не закончился) ясно, что власть не очень хорошо справляются с кризисом. Ну, сами-то они никогда это, понятное дело, не признают. А нам их признания и не нужны. И так все понятно. А если все-таки непонятно, тогда в следующий раз покажем это на цифрах.

Вам также может понравиться