После убийства Анастасии Ещенко историк-расчленитель Соколов сделал несколько странных звонков

В городском суде Петербурга продолжается рассмотрение уголовного дела историка-расчленителя Олега Соколова. 8 июля заслушивали свидетелей, которые рассказали, что происходило на берегу Мойки и в квартире историка на следующий день после убийства. В ходе заседания заодно выяснилось, что Соколов, возможно, хотел скрыться за границей.

фото: ru.wikipedia.org

Фотограф: Ирина Ефремова.

В этот раз показания давали спасатель, вытащил Соколова из воды, и историк с Пушкина, коллега, который знает Соколова с 1992 года.

Старший пожарный второй спасательный части рассказал, что в ночь с 8 на 9 ноября бригада получила вызов на набережную Мойки. Дело было поздно ночью, была информация: человек в воде. Прибыли на место, вытащили потерпевшего за руки. Пожарный обратил внимание, что от Соколова сильно пахло алкоголем. Судью больше всего интересовала судьба рюкзака Соколова, в котором, напомним, находились руки Анастасии Ещенко.

– Рюкзак был с ним с начала, так он с ним и пошел в скорую. Он держал его в руках, прижимал к себе, – сообщил спасатель.

– А вы пытались забрать рюкзак?

– Нет, наше дело спасать.

По словам пожарного, по виду Соколова на тот момент казалось, что он не здоров: «У меня сложилось впечатление, что у него, возможно, обострение психического заболевания. Он прижимал к себе рюкзак и не хотел отдавать – хотя его никто и не хотел забирать. Прижимал к телу – вел себя нетипично для человека, который купался в Мойке».

Потом в суде выступал Олег Вербовой – доцент кафедры истории войн и военного искусства в Военно-морской Академии им. Кузнецова. Соколов слушал его стоя. «Отлично знаю подсудимого, – заявил доцент. – С военно-исторической и героико – патриотической деятельности с молодежью России. Очень его уважаю». Вербовой, как и Соколов, опытный лектор, начал рассказ витиевато и издалека: «В 90-е годы, когда наша советская страна закатилась, меня вызвал начальник училища вице-адмирал, профессор…» речь шла о военно-патриотическом воспитании молодежи. А организация Олега Соколова как раз объединяла любителей истории. «Это было уникальное на тот момент. Они проводили глубокое исследование войн XIX века. Мы с ними познакомились, организовали военно-исторический поход на Бородинское поле».

Вспомнил Ивовой и об увлечении Соколова реконструкцией – по его мнению, без захваченного Наполеоном энтузиаста реконструкторское движение в России совсем не сложилось. Именно благодаря Соколову и его организации «бывшие советские курсанты впервые поехали за границу, во Францию. И конечно возвращались, переполненные впечатлениями. Впрочем, Ивовой с Соколовым общался редко, примерно три раза в год. Жестокое убийство Анастасии Ещенко он считает «трагедией» – такую же формулировку использует и сам Соколов.

Вербовой постоянно начинал рассказывать о «колоссальных» реконструкорских проектах, о том, что активность Соколова отмечало командование военного округа, в то время как судья пыталась высмотреть характеристики личности Соколова. «Я видел только позитив. По характеру он вспыльчивый – но и я вспыльчивый, в армии по-другому никак. Для того, чтобы добиться поставленной задачи. Мы же готовим к бою, там мямлить некогда».

– То есть и наорать может?

– Естественно, а вы видели генерала не орет?

Историк подчеркнул, что Соколов реконструировал боевые реалии – и крик, пожалуй, тоже.

– А крепкие выражения он употребляет?

– Мы как будто не в России живем. Конечно, и я употребляю. Но матом он при мне не ругался.

Затем Ивовой поведал, как был в гостях у Соколова – в той самой квартире в Фонарном переулке. Первый раз – еще в девяностые застал первую жену подсудимого. Ничего необычного в отношениях в семье не заметил – «обычные, уровне». А потом один из воспитанников Ивового, который также интересовался историей и двадцать лет служил на флоте, попросил познакомить его с Олегом Валерьевичем. Речь о капитан второго ранга Константин Коненко – по рассказу Ивового, тот попросил о встрече с Соколовым в 2017 году. Втроем они обсуждали историю.

В 2018 году, когда воспитанник Ивового вернулся из командировки в Сирию, они собрались у Соколова – вечером, в районе 20 часов. Примерно в 21:55 «появляется дама» – Анастасия Ещенко. Гости уже собирались уходить. «И она начала нам что-то указывать, командовать, что он сделал не так. Представляете, доцента, профессора!»

– По поводу чего это было?

– Не помню, это даже по-моему был какой-то исторический вопрос. Он ей спокойно отвечал. Уходя я подумал: ну все, Олег Валерьевич! Нашел человека, который будет тобой командовать.

Как выяснилось, эти рассказы о гостях Соколова были неспроста – именно Коненко и Ивовой выпивали и общались с Соколовым вечером 8 ноября 2019, когда в соседней комнате лежало тело убитой Ещенко.

«В 2019 году Коненко снова захотел пообщаться с великим человеком, великим историком, – рассказал Вербовой. – Я позвонил, договорился 5 ноября. Он назначил на 8 ноября, мы всегда собирались вечером, потому что Олег Валерьевич допоздна читает лекции. Мы были у двери Олега Валерьевича в 20.15. Костя купил бутылку «Хенесси», красную икру и тарталетки – это у нас такой был ритуал». Вербовой отметил, что Соколов казался усталым – вероятно, из-за лекторской нагрузки, подумал гость.

«Мы прошли в гостиную справа от входа в квартиру – там богатейшая библиотека, роскошнейшие мундиры наполеоновской эпохи и, что меня всегда поражало, – полныйрыцарский доспех. И оружие, конечно. Это комната-музей. Сели, открыли, налили, поздоровалась, выпили. Костя всегда готовит ему колкие вопросы, а Олег Валерьевич аргументированно отвечает». В тот вечер, как и всегда, говорили только об истории и военном деле. В другую комнату гости не ходили. При этом Ивовой подчеркнул, что Коненко называл Соколова «сиром» – «это обращение как к царю, императору – у нас «ваше величество», а у них – «сир». Я уверен, что приезжие голландцы и французы тоже его так называли. Ну, это все большие мальчики заигрались в историю».

Вербовом показалось, что Соколов в тот вечер пил меньше обычного: «Обратил внимание, что как-то он не очень. Мы хлещем – а он по полрюмки». Об убийстве свидетель узнал на следующий день, когда ему позвонил коллега-историк и рассказал, что «интернет взорвался». Судья задала важный уточняющий вопрос:

– А о детях он что-то рассказывал?

– Ни разу. Я не помню.

Хотя сторона защиты и сам Соколов очень настаивают на важности для него детей. Затем суд удовлетворил ходатайство стороны потерпевших и защиты. Адвокат семьи Ещенко заметила, что в деле имеется лишь неполная детализация информации из двух телефонов Соколова: только входящие смс (и адвокат еще раз отметила, что Соколов мог «почистить» список соединений в самих гаджетах, поэтому нужно спрашивать операторов). И самое интересное: судя по скриншотам экранов смартфонов, которые есть в деле, ясно, что Соколов 8 ноября с утра звонил в посольство Франции. Дважды с разницей в полчаса, разговаривал каждый раз чуть больше минуты. Это в деле никак не отражено, но из этого, считает юрист, ясно, что он вполне осознавал, что натворил, и, учитывая его тесные связи с Францией, мог думать о побеге в эту европейскую страну.

Суд решил запросить у посольства запись разговоров Соколова с сотрудниками, а если их нет – вызвать людей из посольства в суд как свидетелей. Также по ходатайству адвоката Соколова решили запросить дополнительную детализацию звонков с телефона жертвы – в деле фигурируют лишь данные по 8 ноября, хотя встретились Анастасия и Соколов 7-го, также в деле нет первого из двух звонков ее брата.

Напомним, доцент истфака Спбгу Олег Соколов ночью 8 ноября убил свою аспирантку и сожительницу Анастасию Ещенко. Он несколько раз выстрелил ей в голову и задушил во сне. Через сутки после убийства историк расчленил тело и попытался по частям утопить его в Мойке, но в итоге его выловили из реки вместе с рюкзаком, где находились руки девушки.

Вам также может понравиться